Ялтинская конференция 1945 года: победы и просчеты Сталина

Ялтинская конференция 1945 года: победы и просчеты Сталина
Упоминание о состоявшейся на земле Крыма встрече лидеров «большой тройки», 75 лет с которой минуло на прошедшей неделе, в последнее время не сходит с полос мировых СМИ и все чаще упоминается не только историками, но и геополитическими экспертами. Причем делается это в совершенно разных контекстах – кто-то пытается обвинить Россию в желании «сломать» или «пересмотреть» установленную великими державами после окончания Второй мировой войны «ялтинскую» (или «потсдамскую») систему мироустройства, кто-то, напротив, упоминает о словах Владимира Путина, в которых звучит призыв к диалогу, адресованных лидерам ведущих государств и видит в нем стремление «устроить новую Ялту»…

Прежде чем разбираться с тем, кто прав, а кто лукавит в наши дни, необходимо для начала разобраться, что представлял из себя Ялтинский саммит 1945 года, что он дал странам, чьи руководители в нем участвовали и всему миру в целом, и что мог и должен был дать в идеале.

Самая честная встреча
Для лучшего понимания вопроса, рискну напомнить общеизвестное: Ялтинская конференция была второй из трех встреч лидеров СССР, Великобритании и США. Первая состоялась 28 ноября 1943 года в Тегеране и длилась всего 4 дня, в Ялте главы государств встретились 4 февраля 1945 года и общались 8 дней. Потсдамская конференция началась 17 июля 1945 года и была самой длительной – 17 дней. Вот только «большая тройка» была уже не та: бессменно на своем посту оставался только Сталин. Франклин Делано Рузвельт пережил Ялту на каких-то два месяца и вместо него в Потсдаме США представлял уже Гарри Трумэн – совершенно другой человек и политик, чем его предшественник. Даже казавшийся вечным Черчилль вынужден был покинуть шедшие на развалинах Третьего рейха переговоры победителей, уступив место за их столом лидеру взявшей верх на очередных выборах лейбористской партии Клементу Эттли. Да и во всем остальном все три встречи отличались одна от другой самым кардинальным образом. В Тегеране СССР проявлял заинтересованность в открытии «второго фронта», а тот же сэр Уинстон в лучших традициях лукавой британской дипломатии пытался вилять и торговаться так, что Иосиф Виссарионович едва не послал «союзничков» ко всем чертям. Крайне интересно – как сложились бы история войны и судьбы послевоенного мира, если бы брошенные Молотову и Ворошилову слова Верховного: «Ни до чего мы тут не договоримся! Пора, пожалуй, домой – на фронте дел невпроворот!», стали последними, которые услышали бы Черчилль и Рузвельт? Впрочем, не будем пытаться строить подобные «виртуальности» сейчас – это отдельная тема. Упомянем лишь о том, что проникшиеся непреклонной решимостью Сталина решать реальные вопросы, а не заниматься болтологией, англосаксы быстренько согласились вступить в войну.

Причем обязались они сделать это там и тогда, когда этого требовал глава СССР. Ну, в конечном итоге подвели, конечно – но разве ж могло быть иначе? Те, кто пытается представлять саммиты «большой тройки» в виде эдаких «встреч боевых соратников», в которых принимали участие истинные если не друзья, то, хотя бы, союзники нашей страны, либо лгут сами, либо повторяют чужую ложь, более или менее добросовестно заблуждаясь при этом. Если бы Лондон и Вашингтон реально горели желанием помочь советскому народу в борьбе с обрушившейся на него невиданной бедой, подобные встречи (неважно где) должны были бы состояться в 1941 году. В 1942 – максимум. Именно тогда второй фронт, позволивший бы оттянуть рвущиеся к Москве, Ленинграду, Сталинграду гитлеровские дивизии, был необходим воистину как воздух. Но ничего этого не было, потому, что не могло быть в принципе. Идя по пути восстановления исторической правды и справедливости, о котором сегодня так много говорят в Кремле, мы обязаны признать: отсутствие реальной помощи и поддержки СССР (смехотворный «ленд-лиз», простите, совершенно не в счет!) со стороны «союзников» на начальном, наиболее сложном и драматичном этапе Великой Отечественной войны, вызвано было никакими не «объективными причинами» и «сложностями», а самым элементарным нежеланием ее оказывать! Англичане и американцы, стоявшие у истоков создания Третьего рейха, возрождения промышленной, финансовой и военной мощи Германии, ставили четкую и ясную цель – уничтожение Советского Союза ее руками. Уже потом, в 1940 году, когда Гитлер, смешав карты, обратил штыки Вермахта на Запад и пошел против своих создателей, они испугались. Но планов не изменили!

Начавшийся 22 июня 1941 года операция «Барбаросса» не просто позволила США и Британии «перевести дух» – это было, собственно говоря, именно то, на что они и рассчитывали. Вот только дальше все опять пошло совершенно не по плану – эти необъяснимые русские сумели справиться с нацистской армадой, под которую Европа легла, задрав лапки без особого сопротивления. Тегеранская встреча состоялась, напомню, после Сталинграда и Курской битвы, то есть в тот момент, когда военная победа СССР уже не подлежала ни малейшему сомнению. И Сталин вполне мог позволить себе демарши, смысл которых состоял в предупреждении: с Гитлером мы сами разберемся, но уж потом – не обессудьте, вашего мнения спрашивать ни о чем не станем. Именно четкое понимание этого и заставило президента США одернуть британского премьера, отказаться от первоначальных планов удара по Балканам и согласиться на высадку в Нормандии, как того требовал Верховный. А куда было деваться?! Ялтинская встреча в этом отношении была самой, пожалуй, честной среди всех – «большие» собрались, чтобы поделить мир, который они спасли от «коричневой чумы». Спасали, понятно, наши доблестные воины, но Иосиф Виссарионович понимал, что с Лондоном и Вашингтоном делиться придется. И ведь, похоже, искренне верил в договороспособность хотя бы тех лидеров, с которыми решал всемирные дела. Как оказалось, зря верил… Впрочем, не будем забегать наперед. Ялтинская встреча отличалась от других тем, что, с одной стороны, на ней дела между собой вели уже реальные военные союзники («второй фронт», с горем пополам, как мы помним, открыли 6 июня 1944 года), а с другой, на ней, в отличие от Потсдама, нас еще не пытались запугивать ядерной бомбой. Советские танки, по большому счету, уже стоявшие на расстоянии прямого броска к столице Третьего рейха, очень способствовали реализму в переговорных позициях Черчилля и Рузвельта, которых на тот момент более всего волновал вопрос о том, остановится ли неудержимая Красная армия после взятия Берлина, или пройдется стальным катком до Бискайского залива, превратив Европу в набор новых республик СССР?

Реальная политика: разведка, водка, икра и немного дипломатии
Вообще говоря, проведение Ялтинской конференции должно вовеки остаться в истории образцом для организаторов и участников подобных мероприятий. Именно в ее процессе Сталин одерживал одну за другой победы, казавшиеся блестящими экспромтами, но, на самом деле, бывшие плодами долгой и кропотливой работы множества людей. Начать надо с места встречи – проводить ее на территории СССР лидеры Запада не желали категорически. Что только не предлагалось в качестве альтернативы – Мальта, Рим, Иерусалим, Египет, Греция. Но Сталин был непреклонен, прекрасно понимая, что позиция хозяина переговоров даст ему огромные преимущества в процессе их проведения. Так оно и оказалось впоследствии… Дольше всех капризничал, как всегда, Черчилль, брюзжавший, что «места хуже Ялты было не найти, выбирай хоть 10 лет», но, опять-таки, деваться ему было некуда. Подготовка Ялты по линии ведомства Лаврентия Берии – это не только полтысячи лучших из лучших супербойцов НКВД и втрое большее количество «оперов», обеспечивавших безопасность и охрану, не только 4 полка воинов в васильковых фуражках, через кордоны которых не то что гитлеровские диверсанты, а мышь полевая не проскочила бы. Это, прежде всего, сбор подробнейших досье на всех без исключения зарубежных участников саммита, и вовсе не только на уровне их политических пристрастий, отношения к СССР и тому подобных вещей. Что ест? Что пьет? Какую марку табака предпочитает? Ответы на все эти вопросы лежали на столе Лаврентия Павловича в папках с грифом «совершенно секретно» задолго до начала встречи. И было это, как вы понимаете, вовсе не праздное любопытство, а набор инструментов для воздействия на тех, с кем предстояло делить мир.

Рузвельт любит голубой цвет? Прекрасно! Красим в колер небесной лазури Ливадийский дворец. Почему Ливадийский? Да потому, что от Юсуповского, где остановился Сталин, до него 5 километров, а от Воронцовского, выделенного под резиденцию Черчиллю – все 15! Все переговоры проводились именно в Ливадии. Ну, не заставлять же было президента-инвалида ездить туда-сюда по разбомбленным дорогам! Таким образом, у Иосифа Виссарионовича всегда было время пообщаться с американцем наедине до приезда вечно склочничавшего британского премьера. А, кстати, что там у нас с Черчиллем? Его дальний предок погиб под Балаклавой во времена Крымской войны? Отлично! Место найти, организовать поездку! Трогательно, выглядит, как широкий жест доброй воли. А заодно дает лишний повод для раздумий о том, стоит ли воевать с русскими… Подобных «мелочей», часть из которых сегодня известны, а намного большее количество так и останется тайной во веки веков, было не счесть. По сути дела, именно из них и складывался «фундамент» геополитического триумфа, одержанного СССР на этих переговорах. «Питейный» вопрос Ялты – это вообще отдельная тема. Высокие гости были поражены уже тем «скромным завтраком», который ожидал их в шатрах, раскинутых прямо на летном поле аэродрома в Саках, куда приземлялись «борта №1» из Британии и США. Осетрина, икра, семга… Ну, и конечно, водка, коньяк и шампанское чуть ли не рекой. Впоследствии один из высокопоставленных членов военной делегации США сокрушался о том, что «логические и разумные решения, отвечающие жизненным интересам Соединенных Штатов», было попросту невозможно принимать после одних только «ужасных русских завтраков» с водкой, шампанским и белым вином, а также «неизменным крымским коньяком». Так это ж только завтраки! Впоследствии англичанин Гастингс Исмей, которому предстояло стать первым Генсеком НАТО, сокрушался о том, что Ялтинская конференция была «столь же приятна в гастрономическом аспекте, сколь угнетающа в политическом».

Пропили англосаксы Европу в Ялте, чего уж там… Сталин, по сути дела, получил почти все, к чему стремился. «Хотелки» эмигрантских «правительств» из Варшавы и Праги по поводу устройства в этих странах «демократии» под протекторатом Запада, которые пытался транслировать все тот же Черчилль, были перерваны пополам и выброшены в мусорную корзину. Претензии поляков на восстановление границы по состоянию до 1939 года отправились в точности туда же. Прирезали им земельки – но исключительно за счет Германии. А Западные Украина и Белоруссия остались за СССР. Кстати, вот крайне животрепещущий вопрос: отчего нынешние польские политики, заходящиеся от ненависти, стоит им упомянуть «Пакт Молотова-Риббентропа», не издают ни звука по поводу лидеров США и Британии, узаконивших положения такового в Ялте?! Надо отметить, что хитрющий Черчилль, заблаговременно, еще до Ялты подсуетившийся приехать в Москву, чтобы «перетереть» с «дядюшкой Джо» без всяких там выскочек из бывших колоний, впоследствии был Сталиным очень крепко «подвинут» в его требованиях. Если верить в существование так называемого «договора о процентах», якобы на скорую руку набросанного лидерами во время этого визита (а отчего бы и не верить мемуарам самого сэра Уинстона?), СССР должен был выделить союзникам «долю влияния» в Румынии, Болгарии, Венгрии и Югославии. Причем в двух последних – в пропорции 50:50. И что? На многое они там потом «влияли»? Разве что Грецию британцы с американцами у Верховного таки выпросили. Да к тому же, добились того, чтобы в клуб «победителей нацизма» была принята еще и Франция, которой там, положа руку на сердце, вовсе было и не место. Добились от Сталина обещания объявить войну японцам – это да. Так ведь он взамен вытребовал возврат всех территорий, бездарно профуканных Николаем ІІ – от Курил до Порт-Артура!

Ялтинская конференция однозначно стала победой Советского Союза и его великого Вождя. Увы, в чем Иосиф Виссарионович все-таки ошибся, так это в степени готовности выполнять свои обещания, данные там, тех, кто хлестал марочный коньячок, имея в мыслях вовсе не дружественные намерения в отношении хозяев. Создание Организации объединенных наций, отказ от дальнейшего продвижения Красной армии по Европе, а также от поддержки мощнейших коммунистических движений в тех же Греции и Франции – все это были жесты доброй воли, миролюбия и уважения к союзникам со стороны Сталина. А чем ответили они? Буквально на следующий день после окончания конференции, на которой, в том числе, были определены и зоны оккупации Германии, воздушные армады США и Британии принялись стирать с лица земли Дрезден и прочие немецкие города как раз в будущей зоне ответственности СССР. Понятное дело – чтобы немецкие заводы и фабрики русским не достались… Потом был «Манхэттенский проект», ядерные «грибы» над Хиросимой и Нагасаки, Фултонская речь Черчилля, создание НАТО. Ни американцы, ни англичане абсолютно не собирались придерживаться тех договоренностей о взаимном уважении и невмешательстве во внутренние дела друг друга, под которыми они подписывались что в Ялте, что в Потсдаме, что создавая ООН. Упрекая сегодня Россию в «попытках демонтажа Ялтинской системы» и «перекраивании послевоенного миропорядка», политики Запада врут, как дышат. От той системы, которая закладывалась в Ливадийском дворце, по сути, и так давно ничего не осталось. Они же сами и сломали ее – создавая НАТО, а потом упорно продвигая его границы на Восток, разрушая СССР, бомбя Югославию. Наша страна как раз пытается спасти остатки того устройства мира, при котором конфликты и претензии должны были разрешаться в залах ООН, а не на поле боя.

Ждет ли мир новая Ялта? Как знать… Крымские дворцы все так же прекрасны, да и коньяком мы не оскудели. Вот только найдутся ли сейчас на Западе лидеры, готовые говорить с нами на равных до того, как наши танковые корпуса будут стоять у их столиц?

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Ялтинская конференция 1945 года: победы и просчеты Сталина